Несколько слов о критериях того, чему мы должны учить на программах МВА/ЕМВА/DBA. Или переформулирую: зачем клиенты приходят на эти программы, какие цели они преследуют и какие задачи решают, голосуя за эти программы своими деньгами.
В самом первом и простом приближении слушатель МВА (хотя это тоже в известной мере «средняя температура по больнице») — это менеджер среднего звена в 30–35 лет (одарённый и энергичный «офисный планктон», связанный с одной из функций управления: маркетинг, финансы, управление персоналом, производство и операции, новые технологии и т. д.), которому нужны ПРИМЕНИМЫЕ НА ПРАКТИКЕ ЗНАНИЯ И НАВЫКИ В РЕЖИМЕ «здесь и сейчас». Цель прихода на программу — карьера и рост доходов. Остальное — «от лукавого». Реже — это собственник и руководитель малого бизнеса, перерастающего в средний, который входит в фазу развития «давай‑давай» по методологии Адизеса и сталкивается, как и офисный планктон, с ежедневными практическими проблемами и проблемками, которые требуют решения «здесь и сейчас».
Слушатель ЕМВА, а это при правильном наборе владельцы, СЕО и их несколько замов из разных компаний в возрасте около 45 лет. Многие из них уже сделали карьеру и заработали себе на чёрный день. Для них важно нарастить своё стратегическое видение и лидерский потенциал, умение смотреть на вещи с высоты птичьего полёта. Большинство из них выросли из функциональных руководителей. И задачей программы, среди прочего, является их функциональная деспециализация, способность подняться на следующую ступень руководителя. В этих программах существенен интерес слушателей к личностному развитию, сочетанию работы и жизни («life‑work balance»).
В последние годы возрос интерес к мастер‑классам по геополитическому и внешнеэкономическому анализу и прогнозированию, а также к вопросам делегирования и передачи полномочий наёмным менеджерам и потомству.
Наконец, слушатель DBA. Понимание того, что должно скрываться за этим названием, сильно разнится как в зарубежных, так и в российских бизнес‑школах. Как член временной рабочей группы РСПП и МОНа по воссозданию концепции профстепеней (ориентировочное название: «Мастер практики» и «Доктор практики»), который за последние 20 лет вошёл уже в третью такую рабочую группу, я не понаслышке знаю, как сильно разнится понимание того, что есть критерии для получения предлагаемых профстепеней.
В понимании коллектива ИБДА РАНХиГС того, что является задачей DBA, превалирует тезис: к нам пришли успешные и состоявшиеся люди, большая доля этих людей уже имеет научные степени; их коренной интерес — освоить под руководством‑менторством незаурядного профессора и доктора наук (или выше) основы научного исследования (нередко научно‑популярного), чтобы рассказать стране и её людям, своим детям и внукам, что их отец или дед был по жизни предельно клиентоцентричным, заботился об интересах людей или других предприятий‑клиентов, создал проект, сервис, организацию, которые по‑своему и для своей отрасли или региона уникальны.
Что он не хочет оставлять в память о себе только деньги, а хочет оставить ещё и добрую память в глазах других людей. Таким образом, эта группа успешных бизнесменов без идеологической обработки и организационной роли чиновников приходит естественным путём к тому, что называют гордым словом «служение» людям и стране.
Эти люди нередко хотят, чтобы проводимое ими на DBA исследование истории и становления проекта или предприятия их жизни, подготовленное в формате выпускной работы, могло быть преобразовано в формат книги и издано. Опять‑таки не ради денег, а как описание лучших практик, выросших на почве российской деловой культуры, «для пользы людей и потомства». Естественно, существуют и другие мотиваторы для обучения на программе DBA. Однако доля мотивации, связанной с проектом‑служением, проявляемой в открытой (осознанной) или скрытой форме, в последние годы обнаруживает тенденцию к росту.
Нам представляется, что по мере своеобразного взросления российского бизнеса ему всё чаще не хватает традиционного ряда квалификационных программ, о которых шла речь в моём материале. Постепенно всё отчётливее проявляется необходимость дополнить этот ряд программой, изначально учитывающей особенности ценностной системы и устремлений большинства представителей российского бизнеса. То есть программой, где акцент на глобализацию будет дополнен или заменён акцентом на «глобализацию» — как сочетание глобального мышления и действий, чётко ориентированных на национальные интересы страны, на её деловой и технологический суверенитет.
Но это уже отдельная и большая тема для предметного разговора, где в основу должны быть положены опыт, наблюдения и лучшие практики последних лет большой группы ведущих российских бизнес‑школ, желательно представляющих различные регионы нашей необъятной страны.
Источник
