In English

Контакты Напишите нам

+7 495 975-94-26 +7 495 975-94-26 Закажите звонок

Слайд 1 Слайд 2 Слайд 3

Публикации – ИБДА РАНХиГС


forbes.ru forbes.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Разделение компании может привести к росту стоимости активов, поскольку целое иногда стоит меньше его отдельных частей.

На протяжении уже нескольких десятилетий мы наблюдаем картину трансформации многих транснациональных компаний от моделей органического роста, за счет увеличения объемов продаж на существующих и новых рынках к моделям синтетического роста, или покупки роста, за счет сделок слияний и поглощений M&A. 

Суть синтетического роста очень проста: многим компаниям нужны темпы роста оборотов, рентабельности, отдачи на вложенный капитал. Причем результаты должны быть выше депрессивного рынка, а также необходимо приобрести новые, не существовавшие до этого компетенции. И вроде бы стратегия слияний и поглощений оправдана данными факторами, однако есть важное «но»: любая сделка слияния и поглощения — это всегда консолидация активов, задача с которой многие компании справляются достаточно успешно, а также интеграция организационных структур и людей.

С этой задачей у компаний всегда много сложностей, так как люди сами по себе в подобных сделках не склонны к интеграциям и эффективному взаимодействию. По статистике каждая пятая сделка слияния и поглощения рапортует о провалившейся интеграции. Итогом становится полный провал попыток достичь запланированных синергетических эффектов. В связи с этим компании начинают задумываться об аннигиляции — разделении бизнеса на юниты с целью повышения их рыночной стоимости. Это обратный эффект синергии, когда 1+1 = 3. В аннигиляции — целое стоит меньше его отдельных частей, которые нужно выделить в отдельные, независимые SBU (стратегические бизнес единицы).

Я бы выделил четыре основных типа аннигиляции, исходя из ее необходимости и целей:

1. Фрагментация. Данный тип аннигиляции используется для трансформации внутреннего подразделения компании, например департамента логистики, в обособленную логистическую «дочку», которая помимо внутреннего корпоративного сервиса будет оказывать свои услуги внешнему рынку, превращая себя в новый центр прибыли для компании. Таким образом компания выделяет свои внутренние подразделения в новые направления бизнеса — превращая саму себя из моноцентра прибыли в полицентричную структуру. Характерным примером могут послужить логистические дочки крупных мировых ритейлеров, выросшие из простых подразделений по управлению цепочками поставок. При фрагментации следует помнить, что новое направление бизнеса компании можно быть конкурентоспособным и не прибегать к помощи внутрикорпоративной структуры. Такой соблазн всегда велик, многие дочерние компании пытаются покрыть свои убытки за счет внутригруповых операций, этого делать не стоит. Бизнес должен быть конкурентоспособным и прибыльным, это основа для дальнейшей фрагментации с целью увеличения стоимости компании.

2. Spin off (разделение бизнеса с целью продажи). Данный путь подразумевает покупку целого актива или компании с целью последующего разделения, дробления для продажи фокусным инвесторам, которым не интересна компания в целом, а интересны отдельные, не обремененные активы. Такие инвесторы готовы платить премии за возможность не покупать компанию целиком и принимать на себя обязательства по не интересующим их активам. Главный герой персонажа Дени Де Вито в известном фильме «Чужие деньги» как раз этим и занимался. Важным аспектом разделения бизнеса в режиме spin off является разделение компании таком образом, чтобы сбалансировано достигать увеличения капитализации каждой части, иными словами, если при разделении один из (например) 5 активов получает сверхстоимость, а другие 4 — обесценены или имеют отрицательную стоимость — подобные явления недопустимы. Это как продать отдельно мотор от автомобиля. Продавая ключевой актив, мы вешаем впоследствии на себя проблему с реализацией оставшихся, никому не нужных активов.

3. ECO (Economic-Carve-Out) — выделение, обособлении части бизнеса, которая впоследствии выводится на IPO. Очень часто подобное разделение с выводом сепарированной компании на биржу наблюдается у высокотехнолгичных компаний, занятых серийными поглощениями стартапов с последующей интеграцией. Этап интеграции нужен для того, чтобы впоследствии синтезировать новое направление, новую компанию, которая будет с бОльшим успехом котироваться на бирже, нежели сама группа.

4. Бизнес сплит (Business Split) — разделение бизнеса собственниками не с целью «развода» по интересам, а с целью повышения стоимости каждого актива. Например, мы сегодня часто наблюдаем как компании переходит на модель операционного холдинга. Обычно в таких случаях происходит выделение части производства и логистики в одну структуру и торгового дома (продажи и маркетинг) в другую структуру, которые работают при этом под единым контролем. Также бизнес сплит характеризуется выделением успешных активов, компаний в новые проекты и под-проекты.

Сами по себе аннигиляции бывают вынужденными, когда компании прибегают к разделению вследствие неуспешной интеграции в сделках слияний и поглощений, а также запланированными — когда компания заранее ставит задачу трансформироваться из моноактива, дробя целевую компанию или актив на рыночно привлекательные юниты. В любом случае, аннигиляция есть возможность достижения рыночного роста и капитализации всей компании, но через ее отдельные активы.

Источник

forbes.ru
"Эффект аннигиляции. В каких случаях разделение бизнеса приносит пользу." Публикация доцента ИБДА Э.Г. Мартиросяна

Подробнее

forbes.ru forbes.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Налоговая амнистия не обнуляет обязательства, она приводит в порядок баланс налогов и сборов, косвенно авансируя бизнес на будущее.

Президент России Владимир Путин предложил масштабную амнистию должников, она может затронуть 42 млн человек, которые имеют долги на сумму около 41 млрд рублей. «Ведомости» пишут, что речь идет о списании долгов по имущественным налогам и пени, накопленным на 1 января 2015 года. Еще 15 млрд рублей долгов необходимо простить почти 3 млн индивидуальных предпринимателей.

Налоговые амнистии — это очень часто действенный экономический инструмент, в первую очередь призванный повысить впоследствии дисциплину уплаты и собираемости налогов. На мой взгляд, налоговые амнистии могут объявляться по нескольким причинам.

Во-первых, высокие административные затраты государства-регулятора по собираемости микродолгов. В данном аспекте амнистия — разумная мера прощения микродолгов в целях предотвращения еще больших затрат системы по их взысканию. Расчеты эффективности часто показывают, что лучше простить, чем взыскивать.

Во-вторых, амнистия — очень позитивно влияет на колеблющихся налогоплательщиков, которые находятся в промежуточном состоянии «платить-не платить», по моему наблюдению, налоговые амнистии влияют на решение граждан платить налоги. Тем самым собираемость налогов увеличивается на 15-20% в год.

В-третьих, налоговая амнистия носит очень стратегический, действенный и экономический характер для предпринимателей, которые имеют возможность списать свои задолженности в пользу использования данного оборотного капитала в реинвестиции и модернизацию в основные средства, в свои программы развития бизнеса, не прибегая при этом к излишнему кредитованию. В данном аспекте налоговая амнистия и налоговые каникулы — это инвестиции государства в развитие предпринимательской активности, малого и среднего бизнеса, доля которого еще очень мала в экономике страны. Задача регулятора как раз уловить и четко прочувствовать их экономический аспект для бизнеса.

В-четвертых, налоговые амнистии поддерживают ранее принятые законы в обеспечении собираемости бюджета, и отдельно их рассматривать нельзя. Например, налоговая амнистия вкупе с действием антиофшорного закона о контролируемых иностранных компаниях помогут предотвратить отток валютного капитала из страны, а по некоторым проектам и программ вернуть интерес российских предпринимателей, ведущих зарубежный бизнес, к экономике России.

С мира по нитке

Хочу заметить, что налоговая нагрузка в России — не самая большая по сравнению с зарубежными аналогами, чтобы применять амнистию как регулярную и обыденную меру. В категорию неплательщиков зачастую попадают автомобилисты, это как раз показывает интересную ситуацию не только с самим транспортным налогом, а с дисциплиной самого налогоплательщика. Чем меньше сумма взыскания, тем больше рисков, связанных с уплатой микроналога. Мы видим картину такой: большое количество физических лиц имеет небольшие суммы к погашению. Нельзя однозначно сказать, что это — национальная культура и уровень дисциплины наших налогоплательщиков. Сами факты неуплаты могут иметь множество причин — от технических сбоев в системе администрирования и взыскания до отсутствия денежных средств у налогоплательщика в тот период, когда он платит налоги.

То, что сегодня президент предложил рассмотреть возможность налоговых амнистий для ИП, — очень интересный, поворотный и знаковый момент. Такое предложение впервые звучит в подобной редакции. Я бы не связывал это в чистом виде с предвыборными решениями, это, скорее, осознанная необходимость и дополнительная возможность для бизнеса. Дело в том, что в России наблюдается стойкий рост числа регистрации новых ИП с 2015 года.

Почему число ИП растет, хотя многие эксперты говорят о трудностях малого бизнеса? Большая часть граждан принимает решение уйти в предпринимательство из корпоративной среды по разным причинам — от невозможности найти работу по найму до усталости от корпоративного бизнеса и его законов. Некоторые открывают ИП, чтобы легально оформить свою самозанятость или перейти от формы ООО к ИП с целью оптимизации своей налоговой нагрузки при небольших объемах бизнеса. Все это привело к тому, что ИП регистрируется действительно значительное количество, и многие из них имеют долги по даже небольшим налогам.

Важно помнить, что амнистия не обнуляет обязательства, амнистия приводит в порядок баланс налогов и сборов, косвенно авансируя бизнес на будущее. Для тех, кто попадет под действие этой инициативы президента, важно помнить, что амнистия не общая, она адресная. И если бизнес, получив ее, тем не менее не собирается платить налоги и не платит их впоследствии, к нему будут применены все установленные законом административные меры.

Амнистия по судебному решению, как мне кажется, не будет реализована, так как очень сложно реализовать административно механизм отмены вступившего в законную силу решения, тем более создавая негативные прецеденты с решениями суда. Скорее всего, решения по взысканию налогов судебными органами останутся в силе. 

Программа амнистии, на мой взгляд, должна учесть очень конкретные критерии, например, отсутствие просроченной задолженности по долгам прошлых лет или совпадение фактической деятельности юридического лица с его уставной деятельностью. Также было бы уместно обосновывать убытки ИП не только несовершенством налоговой системы, но и конъюнктурой рынка. Точные критерии пока не известны, но можно предположить, что параметры программы налоговой амнистии были проработаны еще при подготовке к большой пресс-конференции Владимира Путина.

Я не советовал бы гражданам ждать амнистии, а все же погашать уже имеющуюся задолженность. Тем более, что если все остановятся и будут ждать новостей, ситуация может усугубиться, при том, что многие должники — как ИП, так и физлица — могут и не попасть под амнистирование. 

Источник

forbes.ru
"Понять и простить. Кто воспользуется налоговой амнистией Владимира Путина". Интервью доцента ИБДА Э.Г. Мартиросяна

Подробнее

tass.ru tass.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Некоторое время назад на сайте AACSB International был опубликован интересный видеоролик, посвященный будущему программ МВА. Мы решили опубликовать его на нашем сайте, сопроводив переводом текста на русский язык.

И попросили Проректора РАНХиГС, директора ИБДА РАНХиГС и Президента российской ассоциации бизнес-образования сказать вступительное слово к этому материалу.

Уважаемые коллеги,

Ниже мы приводим перевод небольшого, но важного материала, который касается бизнес-образования. Это интервью о том, какое будущее ждет программы МВА в условиях цифровой революции. Его дал СЕО ведущей мировой ассоциации программ МВА – Исполнительный директор АМВА International Эндрю Вилсон (Andrew Wilson). 

Хочу обратить внимание, что интервью было дано для сайта и социальной сети самой крупной и уважаемой аккредитующей ассоциации школ бизнеса мира – «Ассоциации по развитию университетских бизнес-школ мира» (AACSB International), членами которой являются свыше двух тысяч бизнес-школ планеты. В качестве интервьюера выступает Вице-президент AACSB International – Дэн ЛеKлер (Dan LeClair).

***

СПРАВОЧНО.

Для тех, кто профессионально не занимается бизнес-образованием, отметим, что аккредитация, полученная бизнес-школой от ассоциации AACSB International (процесс этой аккредитации длится 5-6 лет!), считается в мире высшим знаком качества. Аналогично, аккредитация программы МВА или магистратуры Ассоциацией АМВА International является высшим мировым знаком качества для этих программ.

Недавно АМВА International приняла решение, что каждый выпускник аккредитованной Ассоциацией программой, в любой стране мира может получить от АМВА именной сертификат с символом качества – большим ограненным бриллиантом, подтверждающий факт обучения и высокое качество оконченной программы.

В России сегодня 11 бизнес школ смогли получить подтверждение качества их программ МВА со стороны АМВА. Перечислим эти школы: ИБДА РАНХиГС, ВШКУ РАНХиГС, Программа МВА ИОН РАНХиГС (программа МВА Кингстонского университета), ВШБ Казанского университета, БШ ИМИСП, ВШМ Санкт-Петербургского университета, ВШБ ГУУ, МИМ ЛИНК, МИРБИС, ШБ «Интеграл» Плехановской академии, ШБ МГИМО, ШБ «Синергия».

***

Тема совершенствования программы МВА и критики программ МВА стала в нашей стране очень популярной и в последнее время практически не сходит со страниц печати и сайтов по бизнес-образованию. К сожалению, большинство так называемых «аналитических статей», как и статей «практиков» представляют из себя довольно низкокачественные материалы. А каждый второй из них еще и носит откровенно «троллинговый» характер, где стремление автора себя «распиарить» доминирует надо всем остальным.

Обидно, что написанные полуграмотными авторами, маскирующими невежество каскадом необоснованных обвинений в адрес программ МВА и бизнес-школ, затем начинают гулять по различным сайтам и социальным сетям. Где грубоватые благоглупости еще и рассматриваются, как откровения. 

Из произведений классиков русской литературы мы знаем, что быть «пророком в своем отечестве» всегда трудно. Очевидно, поэтому серьезные статьи о программах МВА российских авторов приковывают к себе намного меньше внимания.  

В этой связи экспертное мнение руководителей ведущих мировых ассоциаций мира грядущих переменах в программ МВА и их будущем, по нашему мнению, крайне важно.

Сергей Мясоедов,
Президент Российской ассоциации бизнес-образования,
Проректор РАНХиГС
Директор ИБДА РАНХиГС

Запись видеоролика интервью на английском языке:

Дэн ЛеКлер: Существует мнение, что МВА просто исчезнет в какой-то момент. Какое Ваше мнение по этому поводу?

Эндрю Мейн Уилсон: На самом деле, я не вижу для этого предпосылок, и есть моменты, которые, на мой взгляд, являются обнадеживающими.

Во-первых, престиж программы MBA по-прежнему остается на высоком уровне, и многие молодые специалисты имеют большое желание ею овладеть. Но, вероятнее всего, MBA будущего будет значительно отличаться от аналогичной программы, по которой училось действующее руководящее звено.

AACSB (The Association to Advance Collegiate Schools of Business), AMBA (Association of MBAs) и все наши школы должны обеспечивать прохождение эволюции программы MBA в достаточно быстром темпе, с целью сделать ее через 10 лет такой же привлекательной, как она была 50 лет назад.

ЛеКлер: Какие две или три элемента, на Ваш взгляд, нужно изменить в MBA

Эндрю Мейн Уилсон: Я хотел бы выделить три ключевых изменения, которые, по моему мнению, должны произойти. Первое — это цифровая революция. Кроме того, очень важным является тот факт, что в каждой школе должна быть создана так называемая «blended МВА», программа смешанного – аудиторного и дистантного - обучения MBA. Именно она является главным объектом внимания в настоящее время.

И некоторые бизнес школы лидируют в этом направлении. Мы совсем недавно аккредитовали наш первый 100-процентный онлайн курс MBA, предложенный школой достаточно высокого уровня, и, уверен, это далеко не последняя подобная программа. Но именно программа смешанного обучения MBA будет активно развиваться в будущем. Возникает вопрос, с кем Вам необходимо сотрудничать, чтобы достичь нужных результатов.

Второе — это необходимость действовать рентабельно и убедиться, что восприятие и сущность Вашей программы MBA направлены на обучение граждан мира и создание MBA для будущего. Такая программа будет подходить как для маленьких предпринимательских компаний, так и для крупных транснациональных корпораций. Гражданин мира должен быть более осведомленным в вопросах разнообразия культур и всемирной торговли, поскольку это необходимо для правильного ведения бизнеса. Никакая страна не может быть обособленной, даже могущественные США. Программы MBA завтрашнего дня должны иметь возможность беспрепятственно распространятся на другие страны.

И, наконец, третье — это грамотно контролировать доступность программы, несмотря на ее развитие, поскольку именно высокая цена и длительный срок программ MBA являются главными камнями преткновения. Обучение по курсу MBA неполного дня или по программе смешанного обучения способствует повышению результативности программ MBA, так как позволяет обучающимся совмещать работу и учебу.

Что касается доступности курсов, то не представляется возможным значительно повысить их стоимость. Более того, необходимо быть хорошим маркетологом, чтобы доказать ценность Вашей программы MBA. Стоит отметить, что подчас маркетинг и творческие начала в нашей индустрии, к удивлению, находятся на среднем уровне.

У Вас есть отличный продукт, но Вы должны поддерживать цену на определенном уровне, чтобы оставаться достаточно конкурентоспособным, имея в своем распоряжении как смешанную программу, так и программы обучение полного и неполного дня. Чтобы люди имели возможность сказать: «На самом деле, отдача от MBA колоссальна, что сказывается на моей работе. К примеру, моя зарплата поднимется от 30% до 50% в течение двух лет после завершения курса. Кроме этого, у меня есть выбор учиться полный или неполный день».

Источник

tass.ru
Комментарии директора ИБДА С.П. Мясоедова касательно видео от AACSB International "The Future of the MBA" - 3 ключевых изменения.

Подробнее

e-xecutive.ru e-xecutive.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Каждое поколение выходит на рынок со своими интересами. О том, что сейчас находится в центре внимания предпринимателей и менеджеров, Executive.ru рассказывает проректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, директор Института бизнеса и делового администрирования (ИБДА) РАНХиГС, президент Российской ассоциации бизнес-образования, профессор Сергей Мясоедов.

Отличается ли мотивация абитуриентов 2017 г. от мотивации абитуриентов, например, 2013-2014 гг.?

Мотивация у абитуриентов бизнес-школы всегда одна и та же – получить практические знания и навыки, обобщить опыт, расширить деловые связи. Именно на эти запросы отвечает бизнес-школа.

А вот что произошло нового? Мы в ИБДА РАНХиГС основываемся на теории научного руководителя нашей бизнес-школы, доктора Ицхака Калдерона Адизеса о жизненных этапах развития организации и стараемся увязать эти этапы развития компаний с экономическими циклами. Сейчас, судя по всему, в российской экономике начался подъем. Это отражает рынок MBA: в 2016 г. он, по информации моих коллег из бизнес-школ различных регионов страны, находился в стагнации. И был примерно на 10% меньше предыдущих лет, а в 2017 г. мы фиксируем рост и, в ряде случаев, превышение докризисных показателей 2013 г.

Характерно, что рынок бизнес-образования, прежде всего, рынок программ MBA и Executive MBA, идет вверх в начале экономического кризиса и в начала подъема. И обычно сокращается в период стагнации. Рост рынка бизнес-образования России всегда – самое весомое подтверждение, что экономика вышла из ступора и начала расти.

Почему рынок бизнес-образования растет на спаде и подъеме? В первом случае слушатели идут за новыми идеями, чтобы выжить, удержаться на рынке. Во втором – чтобы ускорить рост бизнеса, расширить свою рыночную нишу. Сегодня мы видим рост спроса, и хотим дать слушателям то, что им нужно на практике. А им нужны навыки, которые можно применить «здесь и сейчас», буквально через неделю или две после очередного цикла занятий. Это – общемировая тенденция, она связана не только с повышением волатильности рынка, но и со сменой поколений. Представители поколения Y, активно вышедшие на рынок бизнес-образования, весьма прагматичны. Более, чем их предшественники.

А идущее им вслед поколение Z – уже абсолютные прагматики. Они не хотят тратить время на теоретические лекции седых профессоров из прошлого века. Это поколение «хайперов». Им нужны «хакатоны», «питч сессии», «гембы», форсайты в «точках кипения». Они хотят проектов в духе Agile и знаний с применимостью «здесь и сейчас». Плюс интернет в цифровой упаковке. Быстро. Коротко. Чтобы большие знания складывались из малых составляющих как «Лего».

Именно поэтому в бизнес-школах мира сегодня так много коротких программ, а лидеры рынка переходят на полуторагодичные и годичные программы MBA. Сокращение времени пребывания в аудитории, использование смешанных форматов – это глобальный тренд.

Как ваша школа позиционирует себя на российском рынке бизнес-образования, где растет конкуренция за клиентов?

Наша бизнес-школа отличается от других ведущих бизнес-школ России тем, что никогда не делала акцент на работе только с крупнейшими компаниями окологосударственного сектора. На протяжении 30 лет (юбилей отмечается в 2018 г.) до 80% программ ИБДА – это программы открытого рынка, с набором через интернет, без бюджетной поддержки, без централизованных инвестиций, без скрытых дотаций и т.п.

Мы успешно работаем на рынке В2С, на котором многие созданные «сверху» бизнес-школы работать не умеют и боятся. И в этом сегменте российского рынка мы однозначные лидеры.

Наши ключевые клиенты – это те, кого за рубежом называют Hidden champions of the XXI century (Неявные или «скрытые» лидеры 21 века). Это компании среднего и крупного национального бизнеса с оборотом от 50 миллионов до миллиарда евро в год, которые выросли «снизу». Которые уже встали на ноги, нашли нишу и быстро растут. В том числе потому, что привносят на рынок прорывные технологии, связанные с цифровой экономикой, новыми подходами к сервису. Больше 70% слушателей наших программ МВА и ЕМВА – это менеджеры и лидеры из этой группы бизнеса. Люди с обостренной жаждой нового, с предпринимательским талантом и деловой хваткой.

Мы очень им признательны за активную поддержку ИБДА в социальных сетях и через «сарафанное радио». На программах MBA и Executive MBA, где сегодня у нас учится около 1 тыс. человек, самая высокая оценка работы школы состоит в том, что почти весь ее набор (до 90%) идет, в конечном счете, по «сарафанному радио», когда выпускники приводят друзей со словами: «Здесь есть что взять».

При этом, как я уже сказал, бизнес-школа уверенно стоит «на двух ногах». То есть работает не только на рынке В2С, но и на рынке В2В. Работает не только со средним и крупным, но и с крупнейшим бизнесом России и мира. Мы гордимся, что делали первую корпоративную программу MBA в России для Microsoft Russia. Что проводим донельзя инновационную программу по финтеху для Сбербанка, объединив ресурсы с Экономическим факультетом РАНХиГС и французской бизнес-школой EDHEC (лучшей в мире по финансовым магистерским программам по версии Financial Times). Что мы сделали уникальную «блендид» или смешанную программу переподготовки региональных топ-менеджеров с «Россельхозбанком», где до трети программы вынесено в дистанционный формат.

Что в нашем портфеле программ уникальная программа подготовки кадрового резерва «Достояние» для корпорации «Росатом», где помимо интерактивных занятий и тренингов, помимо групповой проектной работы мы будем отрабатывать с коллегами навыки взаимодействия с технополисами и инкубаторами, учить основам работы «бизнес-ангелов», то есть отбору новых идей и оценке инновационных проектов и стартапов. Причем с конкретным прицелом на то, чтобы отобранные инновации могли быть использованы на нужды корпорации. Мне представляется, что программа с таким акцентом и фокусом, которую команда ИБДА РАНХиГС в течение года скрупулезно разрабатывала и продумывала совместно с коллегами из корпоративного университета «Росатом», проводится в России впервые. И я уверен, что в дальнейшем эта модель будет тиражироваться во многих других корпорациях страны.

В каких форматах происходит это? Как тренды, о которых вы говорите, влияют на сетку расписания?

В отличие от университетских теоретических и лекционных программ, изданий прошлого века, программы ведущих бизнес-школ мира и России используют все известные форматы, удобные для клиентов, дающие бизнесу возможность получить то, что ему требуется для повышения конкурентоспособности. То же относится и к продолжительности программ.

Я помню интересную дискуссию о переходе пятилетнего вузовского образования к четырехлетнему, в ходе которой один старейший профессор известного университета спросил, критикуя бакалаврскую четырехлетку: «Чему можно научить студента за четыре года? Ничему!». На что тогдашний ректор бизнес-школы «Сколково» Андрей Волков блестяще ответил: «Если вы ничему не можете их научить за четыре года, то вряд ли научите за пять».

Ход истории ускоряется, и мы должны учиться экономить время вместе со слушателями. Скажем, программ MBA в классическом очном формате у нас нет: слушатели не могут долго учиться с отрывом от производства. Пока они будут учиться, их коллеги сделают рывок в карьере, а когда они вернутся после учебы, брать на работу их будут те, кто был их подчиненными. Поэтому мы используем все существующие форматы – модульные, вечерние, дистанционные, а также форматы выходного дня. При этом «чистого» дистанционного формата у нас тоже нет, и вряд ли таковой скоро появится, потому что у него есть слабое место: потеря качества обучения и социальных связей за счет ограничения контакта с аудиторией.

Люди не могут подружиться, чтобы потом поддерживать друг друга в жизни. По этой причине известнейшие бизнес-школы во всем мире почти не используют дистанционный формат в чистом виде, но применяют его в сочетании с другими форматами. Мы поступаем точно так же. Мы считаем, что сильные, рассчитанные на лидеров серьезных компаний программы MBA, Executive MBA могут быть смешанными, но не должны быть полностью дистанционными.

Но и здесь мы пытаемся найти свое лицо. Сделать что-то новое. Так, в рамках нашей смешанной программы МВА уже в 2017 г. появятся занятия в трехмерном пространстве. Это будет обучение через погружение в трехмерное пространство, используя специальные очки. Такая инновация тоже полностью не заменит собой классические занятия в аудитории, но приблизит дистанционные занятия к ним, дополнит их.

Какие тенденции вы видите в тематике дипломных проектов? Что выносят на защиту выпускники MBA и Executive MBA?

Тематика дипломных работ тоже меняется в зависимости от фазы экономического цикла. В 2017 г. выросло количество работ, связанных со стратегией развития компании, с выводом новых продуктов и услуг на рынок. «Скрытые чемпионы XXI века», о которых я рассказал, начали готовиться к выходу российской экономики из рецессии. К рывку, для которого появляются благоприятные условия.

Другая группа тем связана с продвижением продукта на высококонкурентных рынках с помощью прорывных технологий, в том числе с использованием возможностей нейромаркетинга, точного таргетирования рынка, создания специализированных ниш.

А как эта тематика представлена в учебной программе?

Школа включает в программу те тренды, которые интересуют бизнес-сообщество. Скажем на магистерской программе, которую мы делаем для Сбербанка, мы углубленно преподаем финансовые технологии, изучаем блокчейн, методы работы с Big data. В 2017 г. мы при поддержке специалистов компании Ernst & Young вывели на рынок новую магистерскую программу, посвященную роли прорывных технологий в цифровой экономике и бизнесе. Элементы прорывных технологий активно входят в наши программы МВА и ЕМВА. Помимо Big data, изучения возможностей криптовалют и блокчейна во всех программах присутствуют серьезные модули, посвященные управлению в условиях хаоса, эмоциональному интеллекту, проектному методу, Agile и др.

В каком формате вы работаете с выпускниками?

В первую очередь мы работаем с ними в формате мастер-классов с лидерами бизнеса и экономики. За последние годы из наиболее знаковых людей у нас выступали:

  • Давид Каррузо – один из творцов теории и практики эмоционального интеллекта;
  • Ричард Баркер – классик теории корпоративного управления;
  • Алексей Кудрин – экс-министр финансов и вице-премьер.

11 октября 2017 г. для выпускников и слушателей ИБДА РАНХиГС прошел мастер-класс Ника Оболенского, автора ряда книг по лидерству и руководителя консультационной компании с филиалами в Лондоне и Сингапуре, – «Новый подход к лидерству в мире, полном неопределенности». В ходе мастер-класса профессор Оболенский через тесты и упражнения убедительно показывал несовершенство и нарастающую неэффективность пирамидальной системы управления в условиях экономики хаоса. Мастер-класс открыл серию юбилейных мероприятий, посвященных 30-летию Института бизнеса и делового администрирования.

Во-вторых, вместе с  Центром развития карьеры РАНХиГС мы предоставляем выпускникам бесплатный коучинг, связанный с их карьерным ростом, сменой профессии, новыми должностными обязанностями и т.д.

У нас есть много резервов в сфере работы с бывшими студентами, и мы будем использовать эти резервы. Всего у ИБДА около 15 тыс. выпускников программ MBA и Executive MBA, это составляет около 20-30% всего сообщества выпускников MBA в России.

В каком состоянии сегодня находится партнерская сеть ИБДА?

ИБДА сегодня – наиболее международно-развитая бизнес-школа в России. В числе наших партнеров, с которыми мы ведем те или иные проекты, более сотни ведущих бизнес-школ мира. В их числе Judge Business School Кембриджского университета (Англия), MIT и Berkeley Haas School of Business (США), INSEAD, SKEMA, EDHEC (Франция), IMD Lausanne (Швейцария), Роттердамская школа бизнеса и многие другие.

Сейчас много говорят о Болонском процессе и Эразмус программе обменов и двойных дипломов для студентов первого высшего образования. Но мало кто знает, что наша бизнес-школа начала программу обменов и проект «двойной диплом» задолго до Болонского процесса. Пока наши маститые государственные вузы советского замеса только узнавали о том, что существует Болонская декларация, студенты бакалавриата ИБДА – начиная с 1993 г. (!) уже учились на программе «двойной диплом» в Роттердамском университете. А сегодня семестровую, бесплатную зарубежную стажировку или обучение в рамках проекта «двойной диплом» за рубежом проходит каждый пятый студент бакалаврских программ ИБДА.

Однако вернемся к программам МВА и ЕМВА. В ИБДА два знаковых проекта «двойной диплом» для программ этого уровня. С 1997 г. мы ведем программу ЕМВА с Антверпенской школой менеджмента (Бельгия). Программа проходит на английском и русском языках. Российско-бельгийская ЕМВА – «рейтинговая» программа. Она входит в число лучших ЕМВА мира по версии Financial Times. Программа учитывает опыт и особенности ведения бизнеса, как в Европе, так и в России. За 20 лет существования программы число ее выпускников превысило 900 человек. Они работают сегодня в руководстве практически всех мультинациональных компаний, представленных на российском рынке.

Второй проект – программа МВА Гренобльской высшей школы менеджмента, которая реализуется в РАНХиГС при поддержке ИБДА (интеллектуальной и организационной). Простыми словами, программа ведется под брендом и на дипломы РАНХиГС и Гренобля. А преподавание ведут от российской стороны профессора и практики ИБДА. Хочу отметить, что из всех зарубежных бизнес-школ, которые проводят свои программы МВА в России и выдают аутентичные (такие же, как в Европе) дипломы МВА, Гренобльская высшая школа менеджмента статусно самая «крутая». В прошлом году школа была названа 17-ой в рэнкинге Financial Times – вошла в так называемую «золотую двадцатку» Европы!

ИБДА интенсивно развивает сотрудничество с университетами, бизнес-школами Азии и Китая. Десятки наших бакалавров и магистров учатся в Пекине, Шанхае, Ханчжоу, Гуанчжоу и др. Мы ведем переговоры о сотрудничестве на уровне программ МВА и ЕМВА, стараемся, чтобы студенты и слушатели ИБДА РАНХиГС были готовы с одинаковой легкостью работать как на российском, так и на европейском, азиатском и американском рынках.

Оригинал статьи Executive.ru

e-xecutive.ru
Директор ИБДА РАНХиГС Сергей Мясоедов: «Мы работаем со скрытыми чемпионами XXI века»

Подробнее

tass.ru tass.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Две программы МВА и EMBA Президентской академии единственные в российском образовании вновь вошли в мировой рейтинг программ MBA и EMBA Financial Times - 2017 и повысили свои позиции.

Совместная российско-французская программа MBA РАНХиГС с Гренобльской высшей школой бизнеса заняла 54 место мирового рейтинга. Программа EMBA ИБДА РАНХиГС, реализуемая совместно со Школой менеджмента Университета Антверпена - на 80 месте.

Гренобльская программа MBA РАНХиГС (Grenoble Graduate School of Business) демонстрирует  наилучшую позитивную динамику в рейтинге среди всех участников. Так, если в 2015 г. программа заняла 87 место, то в 2016-м - уже 67 место, а в этом году поднялась еще на 13 позиции. Таким образом, рост программы академии в рейтинге составил 33 позиции за два года.

Совместная российско-французская программа рассчитана на два года и предусматривает получение двух дипломов: это диплом MBA Grenoble Graduate School of Business и государственный диплом о высшем профессиональном образовании РФ с присвоением степени "Магистр менеджмента". Обучение проходит на английском (75%) и русском (25%) языках.

Совместная российско-бельгийская программа Executive MBA РАНХиГС cо Школой менеджмента Университета Антверпена в этом году заняла 80 место и поднялась на девять позиций. Программа реализуется Институтом бизнеса и делового администрирования с 1998 г. Порядка тысячи выпускников программы работают на ключевых позициях в десятках успешных российских и зарубежных компаний. Успешно окончившие программы получают Европейский государственный диплом Школы менеджмента Университета Антверпена (Antwerp Management School, Бельгия), аккредитованной Министерством образования Бельгии. Обязательная часть учебного плана программы включает три зарубежных образовательных модуля в Китае, США и Бельгии. Занятия проводятся совместно с группой Executive МВА Антверпена в смешанных командах. Продолжительность обучения составляет 21 месяц.

Рейтинг газеты Financial Times является на сегодня самым авторитетным мировым рейтингом. При составлении рейтингов FT оценивает школы примерно по двадцати критериям, включая зарплату выпускников на третий год после окончания программы МВА; долю студентов, нашедших работу в течение трех месяцев после получения степени МВА. Учитывается качество исследовательских проектов; доля иностранных студентов; доля профессоров, имеющих степень PhD, и соотношение заработной платы до и после обучения. Для составления рейтинга Financial Times опрашиваются выпускники школ, окончившие учебные заведения три года назад. FT получает информацию непосредственно у бизнес-школ и проводит независимую экспертизу их исследовательской деятельности.

РАНХиГС имеет широкие зарубежные связи. Ежегодно до трети студентов Института бизнеса и делового администрирования нашей академии обучается в университетах-партнерах Англии, Франции, Германии, Испании, Бельгии и Голландии. По итогам они получают как российский государственный диплом, так и диплом (бакалавра или магистра) аккредитованного европейского университета. Программы MBA и EMBA для менеджеров занимают верхние строки во всех главных рейтингах страны. Программы МВА и Executive МВА ИБДА имеют международную аккредитацию АМВА International.

Обучение на совместных программах МВА и ЕМВА Президентской академии позволяет получить статусные дипломы. В РАНХиГС дают уникальные знания и практический опыт ведения бизнеса как в России, так и в Европе и мире. Слушатели выстраивают сеть личных связей и контактов с представителями бизнеса разных стран. Они востребованы на рынке и делают успешную карьеру в лучших российских и зарубежных компаниях. В 2017 году 10 слушателей и выпускников совместных программ ИБДА РАНХиГС вошли в рейтинг "Топ-1000 лучших менеджеров России" Ассоциации менеджеров России и ИД "Коммерсантъ".

Источник:  http://tass.ru/novosti-partnerov/4664305


tass.ru
Совместные программы ИБДА РАНХиГС вошли в топ-100 мирового рейтинга бизнес-образования Financial Times

Подробнее

interfax-russia.ru interfax-russia.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Две совместные программы бизнес-образования Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ (РАНХиГС) повысили свои позиции в мировом рейтинге программ MBA и EMBA по версии газеты Financial Times, сообщает пресс-служба РАНХиГС.

"Совместная российско-французская программа MBA РАНХиГС с Гренобльской высшей школой бизнеса заняла 54 место мирового рейтинга. Программа EMBA ИБДА РАНХиГС, реализуемая совместно со Школой менеджмента Университета Антверпена, – на 80 месте", - сообщает пресс-служба РАНХиГС.

За год российско-французская программа MBA поднялась с 67 на 54 место, российско-бельгийской программы Executive MBA – с 89 на 80 место рейтинга.

Двухгодичная совместная программа MBA РАНХиГС с Высшей гренобльской школой бизнеса (Grenoble Graduate School of Business) предусматривает получение двух дипломов: диплом MBA Grenoble Graduate School of Business и государственный диплом о высшем профессиональном образовании РФ с присвоением степени "Магистр менеджмента".

Совместная программа EMBA РАНХиГС c Школой менеджмента Университета Антверпена реализуется Институтом бизнеса и делового администрирования (ИБДА). Выпускники программы получают Европейский государственный диплом Школы менеджмента Университета Антверпена (Antwerp Management School, Бельгия), аккредитованной министерством образования Бельгии. Продолжительность обучения – 21 месяц.

При составлении рейтингов Financial Times оценивает школы примерно по 20 критериям, включая зарплату выпускников на третий год после окончания программы МВА; долю студентов, нашедших работу в течение 3 месяцев после получения степени МВА. Учитывается качество исследовательских проектов; доля иностранных студентов; доля профессоров, имеющих степень PhD, и соотношение заработной платы до и после обучения. Для составления рейтинга Financial Times опрашиваются выпускники школ, окончившие учебные заведения три года назад. Financial Times получает информацию непосредственно у бизнес-школ и проводит независимую экспертизу их исследовательской деятельности.

Источник:  http://www.interfax-russia.ru/special.asp?id=879806&sec=1728 

interfax-russia.ru
Две совместные программы бизнес-образования ИБДА РАНХиГС улучшили позиции в топ-100 Financial Times

Подробнее

bbc.com bbc.com
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

У России есть повод для оптимизма – она справилась с кризисом. Но и повод для пессимизма имеется: остановка спада, похоже, не ведет автоматически к возобновлению роста, рассказал в интервью Би-би-си Владимир Мау, ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.

«Считалось, что, достигнув дна, экономика начнет расти. Но экономика, достигнув дна, растет, но не теми темпами, которыми должна была бы», – говорит Владимир Мау.

– Рейтинговое агентство Fitch оценило, что с 2013 г. в России на спасение банковской системы потратили 4,7 трлн рублей. Это больше, чем на образование и здравоохранение за эти годы. Может быть, стоило их вложить в развитие человеческого капитала?

– Рассуждать: пусть банки рухнут, а мы будем инвестировать в другие отрасли, нельзя. Производственники не любят банки (как говорится, они ведь ничего не производят!), но массовое банкротство банков очень опасно. Банковский кризис может привести к тяжелым потрясениям не только экономических, но и социальных и политических основ общества.

Здесь вопрос, в какой мере банковские проблемы – это результат жадности и алчности собственников банка или неэффективной политики государственного регулирования экономики или собственно финансового сектора. На практике обычно имеет место сочетание обоих этих факторов.

– В последних аналитических отчетах упоминается рост закредитованности населения с низким уровнем дохода, что может вылиться в нехорошую социальную историю. Как вы считаете, есть такая проблема?

– Может ли надуться пузырь при агрессивном росте кредитования? Конечно. Это рыночная экономика. Хотите без пузырей – есть советская экономика. Как мы теперь знаем, она тоже может взорваться, но позднее и в гораздо более тяжелой форме.

Рыночная экономика предполагает эти риски пузырей, она через них растет. Главное, что государство не должно их поощрять их. Ни со стороны потребителя, искусственно снижая процентную ставку по кредиту, ни со стороны заимодавца, подталкивая банки расширять кредитования для роста и заверяя их, что, мол, вы раздавайте кредиты, а мы, если что, поможем.

– Сейчас вы видите в каких-то секторах пузыри?

– У нас риски сейчас связаны с низким темпом номинального роста ВВП. Искусственное его подстегивание путем накачки кредитными или бюджетными деньгами было бы крайне опасно. Собственно, мы это уже попробовали 30 лет назад в виде политики ускорения 1986–1989 гг., что дало повышение темпов на два года, а потом обернулось десятилетним спадом.

Сейчас искусственное ускорение было бы формой экономического популизма. К счастью, в рамках этого кризиса российское Правительство смогло удержаться от популистских решений, к которым его постоянно подталкивают разные политические силы. Это твердость Правительства позволила выбраться из сложнейшей экономической ситуации 2014 г. с минимальными потерями.

Оценивать изменения в российской экономике надо в настоящее время не по росту ВВП, а по динамике частных инвестиций, несырьевого экспорта, благосостояния населения и динамике ипотеки.

– В 2015 г. первый зампред ЦБ Ксения Юдаева выступала на Гайдаровском форуме. Она пришла в малиновом пиджаке и говорила, что у нас все мрачно, но она в цветной одежде, чтобы выглядеть не так пессимистично. Есть ли сейчас поводы для оптимизма и пессимизма в развитии экономики?

– Повод для оптимизма – это то, что мы очень хорошо справились с кризисом. В конце 2014 г. все ожидали полной катастрофы. Но это была лучшая антикризисная политика за последние 25 лет. Спад был минимальным. Безработица не росла. Были сохранены и даже стали расти золото-валютные резервы.

Не пошли по пути раздувания бюджетного дефицита. Быстро и решительно провели дезинфляцию, что не удавалось за предыдущие 25 лет. Впервые в истории постсоветских кризисов он не сопровождался долларизацией вкладов. Сбалансировался торговый баланс, остановился отток капитала.

Повод для пессимизма в том, что остановка спада, похоже, не ведет автоматически к возобновлению роста, примеров чего в мире все больше. Это – подлинная новая реальность. Ранее считалось, что, достигнув дна, экономика начнет расти.

Теперь мы видим, что экономика, достигнув дна, растет, но не теми темпами, которыми должна была бы.

Можно было бы предположить, что у нас в России инвестклимат плохой, поэтому экономика не растет. Но те же проблемы с ростом в странах, чей инвестклимат считается образцовым. В Японии застой длится уже четверть века. Серьезные проблемы с ростом у стран Еврозоны.

Более того, мы не можем сказать, что на самом деле происходит с экономикой. Показатель, которым мы измеряем рост (валовый внутренний продукт), похоже, перестал отражать динамику благосостояния. Мы измеряем что-то не то и не так. Современные технологии оборачиваются тем, что рост благосостояния не отражается автоматически в росте ВВП. Купив электронную книгу вместо бумажной, вы влияете на снижение ВВП – нет ни бумаги, ни магазина, а услуга та же, даже лучше. Это же относится к использованию Uber, разного рода электронных ресурсов.

– Вы видите какие-то риски, связанные с тем, что в России в следующем году президентские выборы? Очень часто перед выборами откладываются решения, которые назрели давно.

– Мне кажется, это иллюзия. Во-первых, у нас на повестке дня нет болезненных решений.

Те реформы, которые проводил Егор Гайдар, – там все было абсолютно понятно, интеллектуально просто и исключительно болезненно – как для общества, так и для людей, принимавших эти решения. Тогда проведение глубоких реформ требовало мужества и последовательности.

То, что делается сейчас, не болезненно, но интеллектуально очень сложно.

Как сделать из коррумпированной судебной системы некоррумпированную, что делать с образованием, здравоохранением и пенсионной системой? Это вопросы, прежде всего, интеллектуальные. И здесь нет стандартных готовых решений с однозначными результатами. На это, кстати, в середине прошлого десятилетия обращал внимание Гайдар.

Повышение пенсионного возраста – это проблема не политического цикла, а наличия или отсутствия ресурсов и готовности элит проводить те или иные преобразования. Если избирателей устраивает пенсионная система, при которой при уходе на пенсию ваш доход падает в разы, но пенсионный возраст низкий – это тоже вполне возможный сценарий. Главное, чтобы он был приемлем для общества и экономически состоятелен.

Я не вижу, чтобы у нас реформы были завязаны на политический цикл. Хотя, конечно, есть и определенная специфика принятия решений – до или после выборов.

– Следует ли из ваших слов, что ни общество, ни элиты не готовы к переходу к другой экономической модели?

– Пока не готовы. Со временем будут готовы. Задача экспертов – быть готовыми к реформам, при этом понимая, что экономическая политика связана с обстоятельствами места и времени.

Экспертное сообщество предлагает повестку и развилки, а Правительство принимает решения. Это естественное и правильное разделение труда.

Кстати, обратите внимание, что у нас почти нет содержательной дискуссии о повестке реформ. Если вы сравните различные варианты программ, то заметите, что в части институциональных и структурных реформ они вполне дополняют друг друга. Различия наблюдаются только в склонности некоторых экспертов к бюджетно-денежному популизму: напечатаем деньги и начнется рост. Но даже эта позиция постепенно перестает пользоваться поддержкой самих же авторов.

Я думаю, что вы почти не слышали за последние 15 лет критики какой-то неисполненной программы.

– Российская академия народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) является организатором ежегодного Гайдаровского форума. Есть ощущение, что там каждый год обсуждается практически одно и то же.

– А у нас проблемы одни и те же.

– Они не решаются?

– Да. Но если вы вспомните тот форум, когда, как вы говорите, Ксения (Юдаева – Би-би-си) пришла в малиновом пиджаке, то там все-таки обсуждалось другое. Было такое ощущение предвестника катастрофы. Когда вы обсуждаете среднесрочную повестку, а не риски катастрофы ближайших месяцев, повестка не может ежегодно радикально меняться.

Устойчивость тем экономической дискуссии – это, наверное, скучновато для экономистов и тем более для журналистов, но это очень хорошо для общества. Это признак стабильности. А вот в условиях острого кризиса повестка дискуссии может меняться несколько раз в течение года.

Что обсуждать? ЦБ блестяще применил стандартную антишоковую терапию. Единственное, что было удивительно и не может не восхищать, это то, что на эту политику решились две дамы, руководившие Центробанком (Эльвира Набиуллина и Ксения Юдаева – Би-би-си). Если бы это были мужчины, они, наверное, бы начали искать политические компромиссы, и мы бы имели худший результат.

Кстати, это пока не про нас, но в денежной политике развитых стран сейчас налицо один интересный сюжет – по сути, загадка. Никогда в истории не было такого, чтобы в экономику вливались деньги, и это не разгоняло инфляцию. Что это? Каковы перспективы такой ситуации? Вот это очень интересный вопрос. Он не имеет теоретического решения пока.

– РАНХиГС поручено обучить кандидатов в губернаторы. Чему вы их учите и как набираете? Были какие-то списки или они сами изъявили желание?

– Администрация Президента и Правительство давали предложения.

Естественно, слушатели проходили определенное тестирование. Многие из них не первый раз в Академии и, в частности, ранее уже проходили у нас личностно-профессиональную диагностику. Но надо было, естественно согласиться программу пройти – насильно на нее не записывали.

Есть гостевые лекции – министр иностранных дел, мэр Москвы, вице-премьеры, министры. Важные экспертные лекции – технологии и общество, новые технологии в управлении, опыт российских реформ за последние 200 лет, уроки из этого опыта.

Но взрослым людям не лекции нужны. Основное – это все-таки общение друг с другом и проекты, которые они делают, разбившись на группы. Разного рода тренинги.

– Ситуация с Европейским университетом в Санкт-Петербурге, у которого больше нет лицензии и который выселяют из здания, вас беспокоит?

– Я не могу комментировать, поскольку совершенно не понимаю ситуацию, если честно. Я могу сказать только, что это лучший гуманитарный вуз страны.

– Когда вы узнали про арест Алексея Валентиновича Улюкаева, какая была ваша первая реакция?

– Как и у всех – шок. А какой еще может быть реакция? Вообще, я не помню, когда в России арестовывали действующих министров.

– Вы высказались в поддержку Алексея Улюкаева. Почему?

– Потому что мы дружим много лет. У меня просто не было другого выбора. Не только я высказался, многие другие коллеги.

– Проект бюджета, который предложил Минфин, предполагает рост расходов на здравоохранение и образование и сокращение расходов на оборону. Это тот самый бюджетный маневр, который предлагал Алексей Кудрин?

– Если вы посмотрите на экономическую историю последних 150 лет, то увидите регулярные заявления министра финансов о том, что надо сократить расходы на армию и увеличить на дороги и на народное просвещение. Мы скоро издадим дневники госсекретаря Российской империи Егора Абрамовича Перетца, в которых, например, приводится выступление министра финансов Александра Агеевича Абазы 31 декабря 1880 г., в котором он предлагает сократить расходы на армию и госуправление, но не жалеть средств на народное просвещение и строительство путей сообщения.

Это такое традиционное представление финансового ведомства, имеющего глубокие корни в идее, что основная проблема России – это дураки и дороги. Что такое транспортная инфраструктура и человеческий капитал? Это другое название той же проблемы.

– Этот маневр нужен сейчас и когда он отразится на экономике?

– С точки зрения роста производительности, конечно, наиболее эффективны расходы на транспортную и социальную инфраструктуру. Это признают все экономисты. Но мы должны понимать, что это долгосрочные факторы роста. Бессмысленно говорить, что, инвестируя в образование, мы получим немедленное повышение темпов роста. Темпы роста получит следующее правительство или через одно. Но если этого не делать, то ни одно не получит.

– Россия сейчас находится под санкциями. Какие у этого могут быть последствия?

– Основная проблема санкций состоит в том, что в России рост может быть только в открытой экономике. Рынок очень узкий, даже Евразийского экономического союза. Российский устойчивый рост – это экспортно ориентированный рост.

С точки зрения текущих проблем, мы в общем довольно эффективно к санкциям адаптировались.

– А как же технологическое отставание?

– Большинство наших технологических прорывов ХХ в. связаны с эффективностью отечественных спецслужб. Они вполне могут продолжать добывать технологии своими методами. В прошлом это неплохо получалось.

Это, конечно, не лучший путь. Но он в прошлом давал неплохие результаты. Разумеется, он все-таки предполагает адекватное развитие отечественной науки и образования.

– Сейчас в мире активно развиваются криптовалюты. Ваше отношение к этой теме?

– Многие праволиберальные экономисты утверждали, что идеальная денежная система – это система, основанная на частных деньгах. Реально появление биткоина и вообще криптовалют – это первый признак появления и реализации перехода к частным деньгам. Возможно, криптовалюты – это основа будущей валютной системы. Еще рано делать прогнозы. Но, несомненно, к криптовалютам надо относиться со всей серьезностью.

На Гайдаровском форуме – 2018, кстати, будет доклад о будущем центральных банков в условиях частных денег.

Источник:  http://www.bbc.com/russian/features-41473740 

bbc.com
Владимир Мау: "Элита не готова к переходу к новой экономической модели"

Подробнее

zhazh.ru zhazh.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Новая технология в последнее время набирает популярность. Ее применяют S7 Airlines, рассчитываясь через смарт-контракты на Ethereum с билетными контрагентами, «М-Видео» со Сбербанком —  в факторинговых операциях, «Мегафон» — размещая на рынке облигации. Участники страхового рынка здесь не стали исключением.

В частности, онлайн-агрегатор страховок Prosto.Insure применяет блокчейн для записи страховок в формате PDF-файлов и обеспечивает к ним удобный доступ. Группа компаний «Деловые Линии» пользуется блокчейном для страхования грузов.

«Блокчейн – универсальная система хранения, передачи, проверки, защиты информации и документации. В страховом бизнесе исключительно востребованы все эти основные возможности», – уверен ведущий аналитик ГК TeleTrade Марк Гойхман.

Но одно из главных преимуществ при использовании блокчейна – в защите от страхового мошенничества. Согласно статистике Комитета по противодействию страховому мошенничеству Всероссийского союза страховщиков, 10% выплат страховых компаний в России достаются мошенникам, а это 50 млрд рублей ежегодно.

«Страховой сектор во всем мире больше других финансовых отраслей страдает от различных схем мошенничества. Блокчейн может помочь в создании прозрачной, беспристрастной, международной и межотраслевой базы данных, с помощью которой можно будет определять возможные признаки мошенничества», – отметил старший вице-президент по разработке в WaveAccess Александр Азаров.

Блокчейн также ускоряет и процесс обработки страховых случаев. Например, выплаты по страховому случаю происходят так автоматически, через смарт-контракты. Проще становится и процесс проверки соответствия случая данным полиса и страхователя – все они сохраняются в блокчейне.

«Наличие децентрализованного цифрового реестра позволяет изменить процесс обработки информации, в частности упростить подачу заявки на страховку, повысить страховые выплаты и существенно сократить время их ожидания», – поясняет управляющий партнёр QBF Зелимхан Мунаев.

Блокчейн также обеспечивает более надежное хранение персональных данных клиентов страховых компаний.

Что касается партнеров крупных игроков рынка, то, как правило, ими становятся стартапы. Хотя, например, партнером «Деловых линий» в рамках использования блокчейна стала компания «Ренессанс страхование».

В России первой компанией, предложившей идею страхового полиса в формате смарт-контракта, стала компания REGA RiskSharing.

«Для рынка страхования технология блокчейн несёт разрушающий эффект. Используя блокчейн и технологию смарт-контрактов, люди могут страховать риски друг друга без участия страховых компаний. Финтех-стартапы, владеющие системой управления рисками и знающие технологию блокчейн, в ближайшее время могут отобрать значительную долю рынка у традиционных страховых компаний», – объясняет сооснователь REGA RiskSharing Леонид Морозовский.

ВОПРОСЫ

Стоит признать, что при очевидных преимуществах блокчейна – эта технология вызывает также и много вопросов.

«Использование блокчейна в России носит скорее имиджевый характер. Страховая отрасль у нас достаточно консервативна, и крупные компании не так гибки по сравнению с международными партнерами», – объясняет низкий интерес к блокчейну на страховом рынке Александр Азаров.

«Пока большинство компаний лишь изучают возможности применения блокчейна на практике», – подтверждает Леонид Морозовский.

Не все игроки технологически оказываются готовы к инновациям.

Кроме того, по словам Зелимхана Мунаева, большую часть персонала страховых компаний при использовании блокчейна приходится сокращать. «Тысячи сотрудников, которые сегодня заняты в процессе оформления страховок, с внедрением смарт-контрактов окажутся невостребованными», – поясняет эксперт.

Впрочем, такой риск участники рынка имеют и в связи с другими процессами – автоматизацией и роботизацией. К примеру, популярность на рынке США набирает стартап Lemonade, который занимается недорогими страховками через чат-боты в интернете. Компания не использует блокчейн, но это не помешало ей привлечь около $60 млн инвестиций, включая вложения от Sequoia Capital и GV (бывший GoogleVentures). И таких примеров еще много.

Насколько технологичные игроки и правда готовы широко использовать инновации на страховом рынке? Аналитики сходятся во мнении, что если такое и произойдет, то не скоро. «Внедрение блокчейна в страховую отрасль, сопровождающееся сменой устоявшихся десятилетиями процессов, скорее всего, быстро не пойдет», – подчеркивает директор Международного центра программ и проектов в бизнес-образовании РАНХиГС Андрей Поваров.

Источник:  http://zhazh.ru/vorle/blokchejn-i-straxovanie-kak-eto-rabotaet/ 

zhazh.ru
"Жажда новостей: Блокчейн и страхование: как это работает". Комментарий руководителя программы "MSc International Management and Digital Business" Андрея Поварова

Подробнее

Ведомости Ведомости
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Научный руководитель программ МВА и EMBA ведущей бизнес-школы страны ИБДА РАНХиГС, известный «гуру» менеджмента доктор Ицхак Адизес во время выступления в Президентской академии в 2013 году дал интервью газете «Ведомости», где призвал российский бизнес учиться думать и действовать самостоятельно без привычной для страны оглядки на авторитеты. А то, что российская система управления пишется во многом с чистого листа, рассматривать как преимущество, как возможность для нестандартных и прорывных решений и этим преимуществом пользоваться.

Выраженные в привычной для доктора Адизеса афористично-юмористической форме мысли за несколько лет, прошедших после интервью, как выяснилось, полностью сохранили свою актуальность. Трансляция части видео интервью корреспондентом "Ведомостей" на портале «Фейсбук» вызвала неподдельный интерес. 

К сожалению, приходится констатировать, что для части аудитории юмористические притчи-аллегории, обычно воспринимаемые российским бизнесом с улыбкой и аплодисментами, увы, оказались не понятными, а у части участников блога даже вызвали чувство раздражения. Впрочем, давно известно, что любое талантливое и особенно сатирическое произведение, спектакль, фильм и даже талантливая управленческая методология у одних вызывает чувство восхищения и признательности, а у других - агрессии.

Видеофрагмент интервью доктора Адизеса, породивший новую дискуссию по поводу проблем национальной деловой ментальности и модели:




Ведомости
«Учитесь думать самостоятельно. Без оглядки не авторитеты и чужой опыт. В этом залог успеха» - Интервью научного консультанта программ МВА и EMBA ИБДА РАНХиГС Ицхака Адизеса, опубликованное на facebook газеты "Ведомости"

Подробнее

tass.ru tass.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

"Программы MBA - лучшее открытие в области образования XX века по определению ООН. МВА - это обучение талантливых бизнесменов в бизнес консерватории, куда поступают наиболее люди, наиболее одаренные в области менеджмента, предпринимательства и лидерства.

Они приходят не за университетскими прочными знаниями, а за приобщением к самому современному практическому опыту. НА МВА должны учиться только те, у кого опыт практической работы, включая обязательно управленческую работу, как минимум составляет пять-семь лет. И кто успешен, то есть проявил свой талант предпринимателя еще до поступления. Как ни цинично это звучит, но чем лучше программа MBA, тем более она дорогая. Цена - отсечка для "лузеров". Ибо в отличии от университетского образования, и тем более от кабинетных исследований и степени PhD, MBA - это формирование прикладных знаний через обсуждение в аудитории, через обобщение самого современного опыта студентов-бизнесменов. Формирование новейших прикладных знаний и умений происходит через дискуссию, мозговой штурм, ролевую имитацию, обсуждение проблемной ситуации (кейса), проектную работу и т.п. Именно эти знания и наработки важны. Знания, положенные на страницы книг и опубликованные, как правило, уже в значительной мере устарели, превратились в университетскую теорию.  

Быстро уходит в прошлое классический, двухгодичный "full time" формат МВА. Время ускоряется. Пока бизнесмен сидит за партой, его коллеги продолжают делать карьеру. И часто опережают выпускников. Это давно понято лидерами мирового бизнес образования. И сегодня не удастся найти среди программ лучших бизнес-школ Европы - INSEAD или IMD (Lausanne) - программ МВА дневного формата. А в России такие программы никогда и не существовали. Как не существуют и сейчас. Все российские программы МВА проводятся без отрыва от производства в вечернем, модульном, "уик-эндовом" формате. Все чаще с дистантными элементами (“blended programs”).   

На программы МВА идут за опытом, за его структурированием. На программы МВА идут за связями, за выстраиванием контактов с другими успешными бизнесменами. За тем, что на английском называют "networking". Успешный бизнес всегда очень личностно ориентирован. Особенно в таких коллективистских странах, как Россия.

На программы MBA желательно идти учиться там, где вы собираетесь работать. Если вы суперменеджер, который уже зарабатывает ежегодно целое состояние, вам лучше всего идти на международные программы MBA из первой десятки мира. Не факт, что они сильно будут отличаться по содержанию и преподавателям. Но они дадут брендовый диплом, который на протяжении всей жизни будет помогать открывать двери бизнес-элиты мира.

Если вы хотите уехать в Европу, США или Китай, лучше заканчивать программы этих стран. Если планируете успешно работать в России - поступать на самые известные и престижные программы МВА в России. Потому что, когда вы приходите учиться на программу в России, вы приобретаете необходимые связи, вы изучаете case studies на основе российского опыта, вы опираетесь на углубленный анализ российского законодательства, вы изучаете российскую систему бухучета, вы учитываете особенности кросс культурного мышления российских предпринимателей, их взаимоотношение с властью, их взаимоотношение с наемными работниками - все это познается только через пласты культуры.

Если же вы еще не определились окончательно, я бы порекомендовал программы "двойной диплом", которые российские бизнес-школы реализуют в альянсе с европейскими бизнес-школами. Наиболее известные из них - МВА Гренобльской школы бизнеса (Франция), Кингстонской школы бизнеса (Великобритания), Антверпенской школы менеджмента (Бельгия), Стокгольмской школы бизнеса (Швеция) и другие. Эти программы дадут вам представления об отличиях ведения бизнеса в разных странах, помогут сформировать контакты и войти в ассоциации выпускников как России, так и Европы.

Российский бизнес выбирает только программы МВА без отрыва от производства. Как и бизнес всех так называемых "высоко динамичных стран" (термин, сменивший "страны с переходной экономикой"), российский бизнес хочет получать знания и навыки, которые в значительной мере применимы "здесь и сейчас". Именно способность дать такие знания делает российские бизнес школы успешными на национальных рынках, где основу набора формирует "сарафанное радио". Где выпускники лучших бизнес-школ на протяжении десятилетий ведут в "свои школы" друзей со словами: "Мы знаем, что здесь вы получите то, что поможет вашему бизнесу процветать и развиваться". И эта практика формирует до 80-90% наборов лучших МВА страны.

МВА - это не второе высшее, не научная магистратура и не аспирантура. На хорошей МВА дают то, что нужно для успешной карьеры и роста доходов бизнесмена. А после полутора-двух лет командной работы выпускники нередко реализуют совместно крупные и знаковые предпринимательские проекты.

Не так давно в нашей стране был опубликован очередной "краудсорсинговый" или "народный" рейтинг. Подчеркиваю - не рейтинг официальных органов, которые часто бывают ангажированы, а рейтинг, который один из известных веб-сайтов, посвятивших себя исследованию российского бизнес-образования, составляет на основе голосования и заполнения анкет выпускниками разных лет из известных бизнес-школ страны. Вы увидите там, что лучшие бизнес-школы страны, получившие голоса выпускников и слушателей со всей страны, включая мою бизнес-школу, которая стоит на первом месте по росту доходов выпускников. Вы сможете выбрать программы МВА, которые дают выпускникам видение перспективы, современные прикладные знания и навыки, понимание возможностей современных прорывных технологий". 

Источник:  http://tass.ru/novosti-partnerov/4623730

tass.ru
Директор ИБДА РАНХиГС Сергей Мясоедов: MBA - это обучение талантливых бизнесменов в бизнес консерватории

Подробнее

rg.ru rg.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Экономика должна ориентироваться не на крупные предприятия, а на средний бизнес, который во всем мире является двигателем промышленного прогресса и научной мысли. Именно так считает президент Российской ассоциации бизнес-образования и проректор, директор Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС Сергей Мясоедов. О роли среднего бизнеса в экономике и о том, как сделать ее более значимой, он рассказал в интервью "Российской газете".
В России сейчас 6 миллионов предприятий малого и среднего бизнеса. Это на миллион с лишним больше, чем было в 2010 году. Получается, что кризис не только не сократил их количество, но, видимо, и приумножил?

Сергей Мясоедов: Давайте разведем роль малого и среднего бизнеса. У нас их объединяют. Это неправильно, потому что малый бизнес - это то, что находится в состоянии стартапа, и еще бизнесом не является. Это рисковая попытка какой-то группы людей, имеющих идею и какие-то ресурсы встать на ноги, стать самоокупаемыми, что-то производить - продукцию, услуги. Во всем мире из 100 процентов предприятий, которые начинаются, 70-80 через год-два закрываются.

Во всем мире такие высокие показатели "отсеивания" бизнеса?

Сергей Мясоедов: Да, малый бизнес всегда рискованный. То, что у нас статистика лучше, с моей точки зрения, связано с очередными "потемкинскими деревнями". Потому что мы создаем бизнес-инкубаторы, на которые выделяются значительные бюджетные средства. В этих инкубаторах создается парниковый эффект для начинающих предприятий, и пока есть финансовая поддержка, предприятия держатся. Когда финансовая поддержка прекращается, они схлопываются. Но потом приходят новые, и вроде статистика растет.

Вы считаете поддержку бизнес-инкубаторов неверной?

Сергей Мясоедов: Я считаю, что идея с инкубаторами - верная. Но туда необходимо отбирать те компании, которые уже стоят на ногах, и учить их думать рыночно. Они должны представлять, как они будут выживать без государственной поддержки, которая не может длиться вечно. Бизнес должен уметь кормить себя, создавать новые рабочие места, работать в жестких условиях рынка.

Постиндустриальная экономика в отличие от экономики индустриальной должна в первую очередь опираться не на крупнейшие промышленные предприятия, а на предприятия среднего бизнеса, занимающие те или иные рыночные ниши в области высоких технологий. Потому что здесь делается будущее любой страны. Здесь осуществляется прорыв. В Европе существует такое понятие - "скрытые чемпионы экономики".

Под ними подразумевают как раз предприятия среднего бизнеса. Их доля, например, в ВВП Германии сейчас выше 50 процентов. Нам очень сложно такие цифры представить, потому что в нашем ВВП сейчас доминируют крупнейшие предприятия. У нас доля малого и среднего бизнеса уже на протяжении десятилетия все никак не может преодолеть порога в 25 процентов от ВНП. В Европе считают, что опора экономики - это не гиганты типа Philips и DaimlerChrysler, а именно средние предприятия. Потому что любая крупнейшая компания - монополия. А мы еще со времен марксизма знаем, что любая монополия имеет тенденцию к загниванию. Если вы можете закрыть весь рынок и уничтожить на рынке конкуренцию, вы это делаете. Как только вы это сделали, стимул к быстрому развитию исчезает.

Так вот, движение в постиндустриальной экономике обеспечивает средний бизнес. Почему что успех сегодня связан не с большим количеством железа, собранного под одной крышей, и даже не с гигантскими денежными ресурсами, а с новыми идеями, с человеческим капиталом. Applе, Microsoft - это ведь абсолютно "гаражная" экономика, которая объединила людей без ограничителей. Эти люди работают на себя и на свое видение мира, стремятся к самореализации. И в общем-то на начальном этапе без какой-либо поддержки. У энтузиастов "гаражной экономики" есть суперцель: "Мы сделаем что-то новое. Мы прорвемся в невозможное". В больших компаниях, где начинается бюрократизация, эти стимулы исчезают. Более того, как только компания разрастается. Как только начинается контроль, начинается недоверие. Как только начинается недоверие, предпринимательская мотивация исчезает. Вы работаете не на себя.

Как это преодолеть?

Сергей Мясоедов: Только путем "затаскивания" внутрь больших компаний новых изобретений. Крупный бизнес во всем мире окружает себя средним. Поддерживает его финансово. Отбирает наиболее перспективные предприятия среднего бизнеса. И дальше либо их втягивают в свое дело через партнерство, покупая их продукцию. Либо покупают этот средний бизнес за хорошие деньги и опять-таки забирают самые прорывные изобретения. Это самое эффективное средство борьбы против монополистического загнивания.

На что же нацелен наш начинающий бизнес, работающий в бизнес-инкубаторах, которых у нас довольно много открылось за последние годы?

Сергей Мясоедов: Значительная часть предприятий, работающих в инкубаторах, работают только под идею о том, что нужно развивать эти самые инкубаторы, "осваивать выделенные под программу развития ресурсы". Их продукция не имеет конечного потребителя. И когда заканчивается государственная программа финансирования, эти предприятия теряют мотивацию и исчезают, как исчезли в свое время и "потемкинские деревни".

Но это же беда.

Сергей Мясоедов: Конечно. Потому что нет понимания, какой и как бизнес надо поддерживать. Я считаю, что малый бизнес необходимо поддерживать точечно на уровне индивидуальных предпринимателей, если они производят что-то конкретное. Небольшие точки, которые завязаны на конечного потребителя, и где цикл проверки предпринимательской идеи очень короток. Например, парикмахерская, салон красоты, услуги по ремонту обуви, мини-пекарня, кафе... Здесь очень быстро станет понятно, нужны эти услуги людям или нет. А вот все, что касается более сложных производств и высоких технологий, либо должно базироваться в рамках вузовских объединений, где исторически наблюдались технологические прорывы и где накоплена мозговая энергия. Либо государство должно отбирать и поддерживать те предприятия, которые уже вышли на рынок и себя показали.

Малый бизнес у нас в основном "в тени"

По данным Счетной палаты, на фоне роста малых и средних предприятий сокращается число занятых в них людей. Это значит, что бизнес не хочет афишировать свои обороты, а работники соглашаются работать "в серую"?

Сергей Мясоедов: Да, малый бизнес у нас в значительной мере "в тени". Но надо понимать, что малый бизнес - это в основном индивидуальные предприниматели, которые или сами на себя работают, или привлекают несколько работников и рассчитываются с ними, как говорится, из рук в руки. Малый бизнес, который не платит налоги, обеспечивает очень большую часть занятости россиян. Поэтому, когда периодически заходят разговоры о том, чтобы вытянуть этих людей из "тени" на свет, надо хорошо посчитать, не только сколько налогов государство от этого получит, но и сколько при этом предприятий рухнет и насколько увеличится безработица. А следовательно, и нужда в социальных пособиях и поддержке этих людей.

Сегодня эти люди ничего не дают государству, но и ничего не берут. Если люди в состоянии обеспечить свою самозанятость, разве это плохо? Плохо, что они не платят налоги, но пользуются такими же правами, как и те, кто их честно платит. Наверное, с точки зрения социальной справедливости нужно сделать так, чтобы, когда люди ничего не дают государству, они бы ничего и не брали. Не прикреплялись бы к медучреждениям, не претендовали бы на пенсию от государства. Если они в состоянии долгие годы кормить себя, семью и еще наемных работников, то насильно заставлять их работать "в белую" не стоит. Но человек должен понимать, что взамен он никогда не будет претендовать на государственную поддержку.

У среднего бизнеса другие проблемы. Это даже не налоговая нагрузка - она высока, но она переносима для среднего бизнеса. Вопрос в том, что после выхода на определенный уровень деятельности, на обороты от 50 миллионов долларов, средний бизнес нуждается в правовой защите государства. Чтобы за неправильные проверки наказывали не бизнес, а тех, кто проверяет. Иначе бизнес начинает мимикрировать и прятаться.

Но у нас ведь уже давно перестали "кошмарить" бизнес...

Сергей Мясоедов: К сожалению, снижение одних налогов и уменьшение одних проверок сопровождается тем, что появляются другие, и их количество растет.

Бизнесу нужно учиться с детства или это либо дано человеку, либо нет?

Сергей Мясоедов: Я недавно видел статистику по ряду вузов, и вот опросы студентов-старшекурсников показывают, что 80-85 процентов выпускников не видят себя в роли бизнесменов. На вопрос: "Где бы вы хотели работать?" они отвечают: "на государство или в "Газпроме". То есть там, где есть гарантированная зарплата. Во всем мире предпринимательским талантом обладает от 5 до 7 процентов населения. Эти люди в дальнейшем в состоянии обеспечить занятость большинства тех, у кого предпринимательского таланта нет. Этих людей нужно поддерживать, на них надо направлять наши учебные программы. Не перегружая их память всеми сокровищами, накопленными человечеством, а акцентируя на вопросах проектной деятельности, направленной на результат. И не просто на результат, а на результат с малыми издержками и высокой эффективностью. Нам пора доказать, что таланта россиян достаточно для того, чтобы создавать прорывные проекты на минимальных ресурсах. Именно здесь начинается предпринимательство, умение считать деньги и достигать хорошего результата.

Источник:  https://rg.ru/2017/09/18/porchemu-posle-prekrashcheniia-vlivanij-bolshinstvo-startapov-zakryvaiutsia... 

rg.ru
Интервью Директора ИБДА С.П. Мясоедова "Российской газете", посвященное развитию малого и среднего бизнеса в России

Подробнее

milknews.ru milknews.ru
ИНСТИТУТ БИЗНЕСА И ДЕЛОВОГО АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Москва, просп. Вернадского, д. 82. 8 (495) 937 07 48

Правительство утвердило стратегию государственной политики в области защиты прав потребителей на период 2030 года. Роспотребнадзор в течение 6 месяцев обязан представить план мероприятий по реализации документа. Основной для регулирования сферы, где участвует потребитель, является, соответственно, Закон о защите прав потребителей. Однако, как отмечается в документе, документ постоянно меняется, что создает опасность, что потребитель может попасть в неприятную ситуацию. Особенно это касается детей и пожилых людей. Какие требуются доработки в законодательстве, чтобы потребителям было комфортно? Действительно ли потребители сейчас не защищены? Какие мероприятия должны войти в эту стратегию? Milknews обсудил эти вопросы с преподавателем Института бизнеса и делового администрировани (ИБДА) РАНХиГС Стеллой Святской.

Российская экономика на сегодняшний день испытывает на себе большое давление, и ее рост должен быть обусловлен многими факторами, в частности, ростом среднего и малого бизнеса. Изменения законодательства в сфере защиты прав потребителей призваны разъяснить "правила игры для предпринимателей" и объяснить потребителям их права. Защита интересов потребителей увеличивает их уверенность и готовность тратить деньги, что приводит к росту потребления товаров и услуг, и как результат, стимулирует экономику.

Нынешний потребитель чувствует себя крайне некомфортно: на фоне инфляции и новых санкций цены продолжают расти, доходы падают, и накопления заканчиваются. Согласно данным федеральной службы государственной статистики, индекс потребительской уверенности в текущем году находится на уровне -14 пунктов, для сравнения данный показатель в Великобритании, находящейся в переходном периоде в связи с ожиданием Брэекзита, составляет -6 пунктов, а в довольно стабильной Финляндии показатель достигает + 24,5. То есть, в условиях нынешней экономической ситуации в России каждый раз планируя покупку и отдавая предпочтение тому или иному товару или услуге, покупатель теперь должен ещё более тщательно приоритезировать свои потребности и оценивать транзакционные издержки, что приводит к отказу от многих благ. Покупатель постоянно находится в поисках более выгодных условий, скидок, промо и различных акций - в FMCG секторе, по данным Nielsen, в некоторых категориях, таких как стиральные порошки, игристые вина, крепкий алкоголь, гели для душа и шоколад, более 70% объёма продаж приходится только на промо. В связи с этим, к сожалению, на рынок выходит много недобросовестных предпринимателей, предлагающих потребителю товары низкого качества, мотивируя это трудной экономической ситуацией и относительно низкими ценами на предлагаемые товары и услуги. Покупатель вынужден искать более привлекательные условия, и поиски выгодных предложений очень часто приводят его в интернет, где бизнес обладает большей гибкостью и способен предложить более низкие цены и более полный сервис. Доля e-commerce в России продолжает расти и составляет на данный момент порядка 1,1 трлн рублей, согласно данным АКИТ. Однако, несмотря на все удобства покупок в Интернете, Закон о Защите Прав Потребителей в его текущем виде не защищает интересы потребителей в сфере дистанционных покупок.

Россия, по сравнению, скажем, с Европейскими странами и США, вышла на уровень свободных рыночных отношений, поэтому для обретения определённого уровня сознательности и ответственности среди предпринимателей, должно пройти определенное время. Российским производителям и поставщикам услуг понадобится несколько лет, чтобы окончательно перестроиться. Новое законодательство должно сделать этот переход к осознанности более понятным и менее болезненным для всех участников рынка, чётко регламентировав стандарты качества.

Регулирование любых транзакций в интернете сейчас вызывает большое количество опасений, но, к сожалению, "невидимая рука рынка" по Адаму Смиту в России все ещё нуждается в контроле со стороны государства. Особенно тщательно следует подходить к предпринимателям, связанным с пищевой отраслью, где недоброкачественная продукция может наносить серьёзный вред здоровью. Огромное количество органических ферм, сервисов по доставке свежей молочной или мясной продукции и так далее не имеют четких стандартов производства, что приводит к несоблюдению санитарных норм. 

На мой взгляд, новая стратегия должна включать в себя, в целом, меры по регуляции рыночных отношений в сфере потребления товаров и услуг, в том числе, должны быть предусмотрены способы регулирования ценовой политики.

Под предлогом высоких закупочных цен и конкуренции со стороны интернет торговли, ритейлеры искусственно завышают цены и вынуждают производителей постоянно устраивать промо акции. Более того, к огромному сожалению, нередки случаи, когда ритейлеры намеренно вносят корректировки в указанную дату истечения срока годности товара, тем самым, ставя здоровье потребителей под удар.

В регуляции со стороны законодательства нуждается, в целом, право современного потребителя, которому сейчас как никогда нужна защита со стороны государства. В регуляции нуждаются не только незащищенные группы населения - дети, подростки и пожилые люди, но и все субъекты рынка. Пока стратегия представляет собой довольно большой список намерений со стороны государства, и очень большим вопросом будет, как всегда, реализация этих намерений, поэтому однозначно судить именно о качестве и продуманности этого документа пока сложно, однако конкретные шаги в сторону улучшения жизни потребителей со стороны правительства - уже крайне позитивный фактор, демонстрирующий готовность нашей страны к изменениям.

Источник:  http://milknews.ru/interviu-i-blogi/interviu-i-blogi_729.html

milknews.ru
Стелла Святская: Нынешний потребитель чувствует себя некомфортно

Подробнее

1 2 3 4 5

Задайте нам свой вопрос с помощью формы обратной связи

Выберите тематику вопроса

Введите символы с картинки
Обновить

Наши менеджеры ответят Вам в течение одного
рабочего дня. Спасибо!